У ДРАКОНА ХРУСТЯЩИЕ КОСТОЧКИ

Стихотворения

Кузнечик мой

Кузнечик мой, горластая душа,
пиликалка уставшего заката,
на остром языке карандаша
твои слова о том, что виновата

постылая шершавая парча
с вкраплениями нитей золотистых.
Поскрипывая, плечи облачат
в сюртук бумажный, а опавший ли-стик,

скорей всего, увязнет меж мостков
в расщелинах сыреющего света,
чьи дудочки из полых тростников
завоют в голос об авторитетах.

Но мы с тобой не впишемся в кон-текст
чужих законов, брошенных небрежно!
Кузнечик мой, ты прежде – человек,
и только после – белая одежда.

Похолодало, время зим

Похолодало, время – зим
и уходящих без расплаты,
пьянящий дух неразличим
виновных и не виноватых.

Среди отчетливых дерев
мерцает узкий свет фонарный.
О, как ничтожен близкий грех,
дающий шанс любить без права!

И пусть уже не возвратить
жен юных, верующих слову,
зиме навряд ли вразумить
всех исступленных и готовых

молиться яростно листве,
отдав любви на откуп стужу...
Где каждый час благословен
бежавших из домов наружу,

за стены каменных основ:
мирского, частного, земного.
Монах читает часослов
за неимением иного

мировоззрения во тьме
и долгой ночи непорочной,
что надо так любить суметь
в час предзакатный внеурочный.

У дракона хрустящие косточки

У дракона хрустящие косточки
и блестящий огонь в волосах.
Есть порталы для доступа воздуха,
только их не отыщешь впотьмах.

Наколдуйте мне снега, пожалуйста,
бросьте сахар в заздравный стакан,
предстоит мне добраться до августа
через множество станций и стран.

Не запомнив названия строгие,
пересечь привокзальную речь.
Снега нет, говорят:
– Экология!
Снег сошел и уже не разжечь.

Только в горле першит по-осеннему,
словно эта погода навек;
или терпит свое поражение,
растерявшись у касс, человек.

Так и будет стоять неприкаянным
посреди говорливой толпы,
где припаяны намертво гаечки
и дымят паровозные лбы.

Собака воет

Собака воет, открыты окна,
пейзаж унылый, старуха-осень.
Зовет с усердием: – Хватит мокнуть,
слюна стекает с небесных десен.

Патлатый хиппи ерошит листья,
«орет на полную» Дженис Джоплин;
легальный ветер с ухмылкой лисьей
в карманах шарит, но ты все пропил.

А что осталось, на паперть бросил,
ножами резать – куда как проще!
Оскал у холода явно песий,
и под ногами земля на ощупь.

Кто коней ведет ко мне напиться

Кто коней ведет ко мне напиться,
кто в котомках тащит лебеду.
Может быть дурехою сторицей
с ведрами пустыми поутру?
Вглядываюсь в черноту колодца
и кричу гортанно в пустоту:
– Дайте мне воды напиться с донца,
выжечь, успокоить немоту.
Наполняю ведра, с коромыслом
кое-как надетым тороплюсь.
Давит горло, в небо рвется птица,
мне б ее не выпустить, боюсь!
Дивная, диковинная птица
с жарким опереньем на юру...
Пьет она из слов медвяных ситцы,
а когда напьется – я умру.